second uprising
zombie
Привет, Гость
  Войти…
Регистрация
  Сообщества
Опросы
Тесты
  Фоторедактор
Интересы
Поиск пользователей
  Дуэли
Аватары
Гороскоп
  Кто, Где, Когда
Игры
В онлайне
  Позитивки
Online game О!
  Случайный дневник
BeOn
Ещё…↓вниз
Отключить дизайн


Зарегистрироваться

Логин:
Пароль:
   

Забыли пароль?


 
yes
Получи свой дневник!

second uprising > Цитатник пользователя


понедельник, 13 июля 2015 г.
Взято: Re: восстанут камни городов Cфинкc 13:11:11
­veter snosit grozovye 13 июля 2015 г. 00:17:10 написал в своём дневнике ­давай, беги

О любви Владимира Маяковского к Лиле Брик все помнят по двум причинам: с одной стороны, то была действительно великая любовь великого, поэта; с другой — Лиля Брик со временем превратила статус любимой женщины Маяковского в профессию. И уже никому не давала забыть об их странных и порой безумных отношениях; о букетике из двух рыжих морковок в голодной Москве; о драгоценном автографе Блока на только что отпечатанной тонкой книжечке стихов, — обо всех иных чудесах, которые он подарил ей.

А ведь Маяковский творил чудеса не только для нее одной, просто о них постепенно забыли. И, наверное, самая трогательная история в его жизни произошла с ним в Париже, когда он влюбился в Татьяну Яковлеву.

Между ними не могло быть ничего общего. Русская эмигрантка, точеная и утонченная, воспитанная на Пушкине и Тютчеве, не воспринимала ни слова из рубленых, жестких, рваных стихов модного советского поэта, «ледокола» из Страны Советов.

Она вообще не воспринимала ни одного его слова, — даже в реальной жизни. Яростный, неистовый, идущий напролом, живущий на последнем дыхании, он пугал ее своей безудержной страстью. Ее не трогала его собачья преданность, ее не подкупила его слава. Ее сердце осталось равнодушным.

И Маяковский уехал в Москву один.

От этой мгновенно вспыхнувшей и не состоявшейся любви ему осталась тайная печаль, а нам — волшебное стихотворение «Письмо Татьяне Яковлевой»

Ей остались цветы. Или вернее — Цветы.

Весь свой гонорар за парижские выступления Владимир Маяковский положил в банк на счет известной парижской цветочной фирмы с единственным условием, чтобы несколько раз в неделю Татьяне Яковлевой приносили букет самых красивых и необычных цветов — гортензий, пармских фиалок, черных тюльпанов, чайных роз, орхидей, астр или хризантем.

Парижская фирма с солидным именем четко выполняла указания сумасбродного клиента — и с тех пор, невзирая на погоду и время года, из года в год в двери Татьяны Яковлевой стучались посыльные с букетами фантастической красоты и единственной фразой: «От Маяковского».

Его не стало в тридцатом году — это известие ошеломило ее, как удар неожиданной силы. Она уже привыкла к тому, что oн регулярно вторгается в ее жизнь, она уже привыкла знать, что он где-то есть и шлет ей цветы.

Они не виделись, но факт существования человека, который так ее любит, влиял на все происходящее с ней: так Луна в той или иной степени влияет на все живущее на Земле только потому, что постоянно вращается рядом.

Она уже не понимала, как будет жить дальше — без этой безумной любви, растворенной в цветах.

Но в распоряжении, ocтавленном цветочной фирме влюбленным поэтом, не было ни слова про его смерть. И на следующий день на ее пороге возник рассыльный с неизменным букетом и неизменными словами: «От Маяковского».

Говорят, что великая любовь сильнее смерти, но не всякому удается воплотить это утверждение в реальной жизни. Владимиру Маяковскому удалось.

Цветы приносили в тридцатом, когда он умер, и в сороковом, когда о нем уже забыли.

В годы Второй Мировой, в оккупировавшем немцами Париже она выжила только потому, что продавала на бульваре эти роскошные букеты. Если каждый цветок был словом «люблю», то в течение нескольких лет слова его любви спасали ее от голодной смерти.

Потом союзные войска освободили Париж, потом она вместе со всеми плакала от счастья, когда русские вошли в Берлин — а букеты все несли.

Посыльные взрослели на ее глазах, на смену прежним приходили новые, и эти новые уже знали, что становятся частью великой истории любви. И уже как пароль, который дает им пропуск в вечность, говорили, yлыбаясь улыбкой заговорщиков: «От Маяковского». Цветы от Маяковского стали теперь и парижской историей.

Советский инженер Аркадий Рывлин услышал эту историю в юности, от своей матери и всегда мечтал узнать ее продолжение. В семидесятых годах ему удалось попасть в Париж.

Татьяна Яковлева была еще жива (умерла Т.А.Яковлева в 1991 году — Е.С), и охотно приняла своего соотечественника. Они долго беседовали обо всем на свете за чаем с пирожными.

В этом уютном доме цветы были повсюду — как дань легенде, и ему было неудобно расспрашивать седую царственную даму о романе ее молодости: он полагал это неприличным. Но в какой-то момент все-таки не выдержал, спросил, правду ли говорят, что цветы от Маяковского спасли ее во время войны?

- Разве это не красивая сказка? Возможно ли, чтобы столько лет подряд…

- Пейте чай, — ответила Татьяна — пейте чай. Вы ведь никуда не торопитесь?

И в этот момент в двери позвонили.

Он никогда в жизни больше не видел такого роскошного букета, за которым почти не было видно посыльного, букета золотых японских хризантем, похожих на сгустки солнца. И из-за охапки этого сверкающего на солнце великолепия голос посыльного произнес: «От Маяковского».

У рассыльных привычный труд, -
Снег ли, дождик ли над киосками, -
А букеты его идут
Со словами: от Маяковского.

Без такого сияния,
Без такого свечения
Как не полно собрание
Всех его сочинений

Источник: http://colourofsun.­beon.ru/0-203-vossta­nut-kamni-gorodov.zh­tml#30

Категории: Notebook
комментировать 12 комментариев | Прoкoммeнтировaть
среда, 1 июля 2015 г.
- whale154 21:52:59
Меня застрелят на границе,
Границе совести моей,
И кровь моя зальет страницы,
Что так тревожили друзей.

Когда теряется дорога
Среди щетинящихся гор,
Друзья прощают слишком много,
Выносят мягкий приговор.

Но есть посты сторожевые
На службе собственной мечты,
Они следят сквозь вековые
Ущербы, боли и тщеты.

Когда в смятенье малодушном
Я к страшной зоне подойду,
Они прицелятся послушно,
Пока у них я на виду.

Когда войду в такую зону
Уж не моей - чужой страны,
Они поступят по закону,
Закону нашей стороны.

И чтоб короче были муки,
Чтоб умереть наверняка,
Я отдан в собственные руки,
Как в руки лучшего стрелка.

Варлам Шаламов
Стирлинг 18:12:59
Запись только для зарегистрированных пользователей.
вторник, 4 ноября 2014 г.
Имена викингов-2 часть. С описанием. Йорун 13:27:57
Имя - прозвище


Получаемые в течении жизни.
Однословные имена могли даваться в течение жизни как прозвища и даже заменять имя. Они касались внешности или характера человека, а также возраста. Потому как маловероятно, чтобы человека только что родившегося называли
Atli - Атли (“грубый”)
Bardi - Барди (“бородатый”)
Floki - Флоки (“кудрявый”)
Forni - Форни (“древний”)
Frodi - Фроди (“мудрый, ученый”)
Grani - Грани (“усатый”)
Greipr - Грейп (“человек с большими или крепкими руками”)
Hodd - Хёдд (“женщина с красивыми волосами”)
Hoskuldr - Хёскульд (“седоволосый”)
Hosvir - Хёсвир (“седой человек”)
Kara - Кара (“кудрявая”)
Kolli - Колли (“лысый”)
Krumr - Крум (“сутулый”)
Kjotvi - Кьётви (“мясистый”)
Lodinn - Лодин (“мохнатый”)
Luta - Лута (“сутулая”)
Narfi - Нарви (“худой, тощий”)
Raudr - Рауд (“рыжий”)
Reistr - Рейст (“прямой и высокий”)
Skarfr - Скарв (“жадина”)
Skeggi - Скегги (“бородач”)
Solvi - Сёльви (“бледный”).
Также во многих случаях прозвище лишь прилеплялось к имени, не вытесняя его.

Прозвища данные по рождению.
Некоторые прозвища, впрочем, могли быть даны при рождении, по внешности новорожденного или по прохождению самих родов. Это имена-
Глум (“темноглазый”)
Hrappr - Храпп (“быстрый, пылкий”)
Hvati - Хвати (“пылкий, быстрый”)
Snerrir - Снеррир (“трудный”)
Sturla - Стурла (“нетерпеливый, беспокойный”)
Естественно, эти прозвища могли быть получены человеком и в течение всей его жизни.

Данные по роду занятий, выдающимся умениям, социальному положению и стране происхождения.
Имя – прозвище могло даваться и по роду занятий, выдающихся умений, социальному положению и стране происхождения. Так в сагах встречаются люди с именами-
Gestr - Гест (“гость”)
Gauti – Гаути или Gautr - Гаут (“гаут, швед”)
Halfdan - Хальвдан (“полудан”)
Hor - Хёд (“человек из Хадаланда в Норвегии”)
Horr - Хёрд (“человек из Хёрдаланда в Норвегии”)
Skidi - Скиди (“лыжник”)
Smidr - Смид (“кузнец”)
Sveinn - Свейн (“юноша, мальчик, парень; слуга”)
Есть несколько имен, характерных для людей, занимавшихся колдовством:
Grima - Грима (“маска”, “шлем”, “ночь”)
Gra (Gro) - Гро (“растительница; та, что растит”, но возможно, и от кельтского слова gruach - “женщина”)
Huld, Hulda - Хульд, Хульда (“тайна”, “покрывало” или “эльфийская дева”)
Некоторые имена достойны того, чтобы быть профессиональными прозвищами колдунов или ведьм. Это имена начинающиеся на Kol- “черный, угольный”, с упоминанием финнов – традиционно считавшихся очень хорошими колдунами и слова “grma-” - “маска, ночь”. Это женские имена-
Kolfinna - Кольфинна (“Черная финка”) и Kolgrma – Кольгрима
и соответствующие им мужские имена
Kolfinnr - Кольфинн и Kolgrimr - Кольгрим.

Имена – отражение религиозных представлений


В языческие времена детей называли именами, связанными с тем или иным божествам, будто вверяя им судьбу ребенка. Так богу Ингви – Фрейру были посвящены женские имена-
Inga – Инга, Freyds - Фрейдис (“диса Фрейра или Фрейи)
Ingigerdr – Ингигерд (“защита Ингви”)
Ingileif - Ингилейв (“наследница Ингви”)
Ingunn - Ингунн (“довольная, подруга Ингви”)
Ingvor (Yngvr) - Ингвёр (“ведающая Ингви”)
Yngvildr - Ингвильд (“битва Ингви”)
и мужские
Ingi – Инги, Freysteinn - Фрейстейн (“камень Фрейра”)
Ingimarr - Ингимар (“славный Ингви” – в тв. падеже)
Ingimundr - Ингимунд (“рука Ингви”)
Ingjaldr - Ингьяльд (“правитель (помощью) Ингви”)
Ingolfr - Ингольв (“волк Ингви”)
Ingvarr (Yngvarr) - Ингвар (“воин Ингви”)
и другие.

В Исландии чаще всего детей посвящали богу Тору. Так есть соответственно мужское и женское имя, означающее “Торов” – Торир, или “Торова” – Тора. Но кроме этого сложных двухсловных имен связанных с этим богом было великое множество.
Мужские имена:
Toralfr (Torolfr) – Торальв (Торольв) (“волк Тора”)
Torarinn - Торарин (“очаг Тора”)
Torbergr - Торберг (“скала Тора”)
Torbjorn - Торбьёрн (“медведь Тора”)
Torbrandr - Торбранд (“меч Тора”)
Tordr - Торд (“защищенный Тором”)
Torfinnr - Торфинн (“Торов финн”)
Torgeirr - Торгейр (“копье Тора”)
Torhaddr - Торхадд (“волосы Тора”)
Torkell - Торкель (“шлем Тора”)
Torleifr - Торлейв (“наследник Тора”)
Tormodr – Тормод (“храбрость Тора”)
Toroddr - Тородд (“острие Тора”)
Torormr - Торорм (“змей Тора”)
Torsteinn - Торстейн (“камень Тора”)
Torvardr - Торвард (“страж Торов”)
Torvidr - Торвид (“дерево Тора”)
и другие.
Не меньше было и женских имен:
Torarna - Торарна (“орлица Тора”)
Tordis, Tords - Тордис (“диса Тора”)
Torelfr - Торельв (“река Тора”)
Torey - Торей (“удача Тора”)
Torhildr - Торхильд (“битва Тора”)
Torleif - Торлейв (“наследница Тора”)
Torljot - Торльот (“свет Тора”)
Torny - Торню (“юная, посвященная Тору”)
Torodda - Тородда (“острие Тора”)
Torunn - Торунн (“любимица Тора”)
Torve, Torv - Торве (“священная ограда Тора”)
Torvor - Торвёр (“ведающая (силу) Тора”)
и другие.

Дети могли быть посвящены и всем божествам в целом. Такие имена начинались на Ragn- (“могущество; боги”):
мужское имя
Ragnarr - Рагнар (“войско богов”)
и женские имена
Ragn(h)eidr - Рагнейд /“честь богов”)
Ragnhildr - Рагнхильд (“битва богов”)
Было также замечательное женское имя Reginleif – Регинлейв, что означало “наследница богов”. Другие имена, связанные с богами в целом, ассоциируется скорее со жреческим служением. Это имена на V- (“языческое святилище; священный”). Примечательно, что после обращения в христианство имена на V- стали непопулярными.
Это мужские имена
Vebjorn - Вебьёрн (“священный медведь” или “святилище медведя”)
Vebrandr - Вебранд (“святилище меча”)
Vegeirr - Вегейр (“священное острие”)
Vegestr - Вегест (“священный гость”)
Veleifr - Велейв (“наследник священного места”)
Vesteinn - Вестейн (“священный камень”)
И женские
Vedis - Ведис (“священная диса”)
Vefridr - Вефрид (“священная защита”)
Veny - Веню (“священная и юная”).

Категории: Информация
комментировать 1 комментарий
НЯМ-НЯМ
Играй прямо в браузере!
tolxy.com
среда, 27 августа 2014 г.
Стих Mr.Sher 17:32:08
Френсису несколько лет за двадцать,
он симпатичен и вечно пьян.
Любит с иголочки одеваться,
жаждет уехать за океан.
Френсис не знает ни в чем границы:
девочки, покер и алкоголь…
Френсис оказывается в больнице:
Недомоганье, одышка, боль.
Доктор оценивает цвет кожи,
Меряет пульс на запястье руки,
Слушает легкие, сердце тоже,
Смотрит на ногти и на белки.
Доктор вздыхает: «Какая жалость!».
Френсису ясно, он не дурак,
В общем, недолго ему осталось –
Там то ли сифилис, то ли рак.
Месяца три, может, пять – не боле.
Если на море – возможно, шесть.
Скоро придется ему от боли
Что-нибудь вкалывать или есть.
Френсис кивает, берет бумажку
С мелко расписанною бедой.
Доктор за дверью вздыхает тяжко –
Жаль пациента, такой молодой!
Вот и начало житейской драме.
Лишь заплатив за визит врачу,
Френсис с улыбкой приходит к маме:
«Мама, я мир увидать хочу.
Лоск городской надоел мне слишком,
Мне бы в Камбоджу, Вьетнам, Непал…
Мам, ты же помнишь, еще мальчишкой
О путешествиях я мечтал».
Мама седая, вздохнув украдкой,
Смотрит на Френсиса сквозь лорнет:
«Милый, конечно же, все в порядке,
Ну, поезжай, почему бы нет!
Я ежедневно молиться буду,
Френсис, сынок ненаглядный мой,
Не забывай мне писать оттуда,
И возвращайся скорей домой».
Дав обещание старой маме
Письма писать много-много лет,
Френсис берет саквояж с вещами
И на корабль берет билет.
Матушка пусть не узнает горя,
Думает Френсис, на борт взойдя.
Время уходит. Корабль в море,
Над головой пелена дождя.
За океаном – навеки лето.
Чтоб избежать суеты мирской,
Френсис себе дом снимает где-то,
Где шум прибоя и бриз морской.
Вот, вытирая виски от влаги,
Сев на веранде за стол-бюро,
Он достает чистый лист бумаги,
Также чернильницу и перо.
Приступы боли скрутили снова.
Ночью, видать, не заснет совсем.
«Матушка, здравствуй. Жива? Здорова?
Я как обычно – доволен всем».
Ночью от боли и впрямь не спится.
Френсис, накинув халат, встает,
Снова пьет воду – и пишет письма,
Пишет на множество лет вперед.
Про путешествия, горы, страны,
Встречи, разлуки и города,
Вкус молока, аромат шафрана…
Просто и весело. Как всегда.
Матушка, письма читая, плачет,
Слезы по белым текут листам:
«Френсис, родной, мой любимый мальчик,
Как хорошо, что ты счастлив там».
Он от инъекций давно зависим,
Адская боль – покидать постель.
Но ежедневно – по десять писем,
Десять историй на пять недель.
Почерк неровный – от боли жуткой:
«Мама, прости, нас трясет в пути!».
Письма заканчивать нужно шуткой;
«Я здесь женился опять почти»!
На берегу океана волны
Ловят с текущий с небес муссон.
Френсису больше не будет больно,
Френсис глядит свой последний сон,
В саван укутан, обряжен в робу…
Пахнет сандал за его спиной.
Местный священник читает гробу
Тихо напутствие в мир иной.
Смуглый слуга-азиат по средам,
Также по пятницам в два часа
Носит на почту конверты с бредом,
Сотни рассказов от мертвеца.
А через год – никуда не деться,
Старость не радость, как говорят,
Мать умерла – прихватило сердце.
Годы идут. Много лет подряд
Письма плывут из-за океана,
Словно надежда еще жива.
В сумке несет почтальон исправно
От никого никому слова.

(не моё)



Настроение: Спокойное
Категории: Мысли, Интересно
комментировать 2 комментария | Прoкoммeнтировaть
суббота, 16 августа 2014 г.
joshler 22:51:42
Запись только для зарегистрированных пользователей.
среда, 13 августа 2014 г.
лиличка! змейлитый 20:00:27
 Дым табачный воздух выел.
Комната -
глава в крученыховском аде.
Вспомни -
за этим окном
впервые
руки твои, исступленный, гладил.
Сегодня сидишь вот,
сердце в железе.
День еще -
выгонишь,
можешь быть, изругав.
В мутной передней долго не влезет
сломанная дрожью рука в рукав.
Выбегу,
тело в улицу брошу я.
Дикий,
обезумлюсь,
отчаяньем иссечась.
Не надо этого,
дорогая,
хорошая,
дай простимся сейчас.
Все равно
любовь моя -
тяжкая гиря ведь -
висит на тебе,
куда ни бежала б.
Дай в последнем крике выреветь
горечь обиженных жалоб.
Если быка трудом уморят -
он уйдет,
разляжется в холодных водах.
Кроме любви твоей,
мне
нету моря,
а у любви твоей и плачем не вымолишь отдых.
Захочет покоя уставший слон -
царственный ляжет в опожаренном песке.
Кроме любви твоей,
мне
нету солнца,
а я и не знаю, где ты и с кем.
Если б так поэта измучила,
он
любимую на деньги б и славу выменял,
а мне
ни один не радостен звон,
кроме звона твоего любимого имени.
И в пролет не брошусь,
и не выпью яда,
и курок не смогу над виском нажать.
Надо мною,
кроме твоего взгляда,
не властно лезвие ни одного ножа.
Завтра забудешь,
что тебя короновал,
что душу цветущую любовью выжег,
и суетных дней взметенный карнавал
растреплет страницы моих книжек…
Слов моих сухие листья ли
заставят остановиться,
жадно дыша?

Дай хоть
последней нежностью выстелить
твой уходящий шаг.

Категории: Маяковский
Прoкoммeнтировaть
воскресенье, 11 мая 2014 г.
меня зовут полина 23:05:57
Запись только для зарегистрированных пользователей.
среда, 23 апреля 2014 г.
11111111111111245454 18:21:13
Запись только для зарегистрированных пользователей.
суббота, 18 мая 2013 г.
Clerne 19:20:35
Запись только для зарегистрированных пользователей.
 


second uprising > Цитатник пользователя

читай на форуме:
привет
ты отписываешься,я кидаю песню.
пройди тесты:
Апокалипсис с Токами 2ч
Открой глаза и не плачь (часть 7)
На кого из знаменитых личностей та...
читай в дневниках:
11593
11594
11595

  Copyright © 2001—2018 BeOn
Авторами текстов, изображений и видео, размещённых на этой странице, являются пользователи сайта.
Задать вопрос.
Написать об ошибке.
Оставить предложения и комментарии.
Помощь в пополнении позитивок.
Сообщить о неприличных изображениях.
Информация для родителей.
Пишите нам на e-mail.
Разместить Рекламу.
If you would like to report an abuse of our service, such as a spam message, please contact us.
Если Вы хотите пожаловаться на содержимое этой страницы, пожалуйста, напишите нам.

↑вверх